Новости / апрель 2021
Социальный рейтинг как предчувствие

В Совете при президенте по развитию гражданского общества и правам человека осуществляется работа по формированию единой позиции по поводу введения электронного социального рейтинга в России. Об этом в ходе прошедшей вчера пресс-конференции заявил председатель Совета Валерий Фадеев. При этом, сообщила член экспертно-консультативного совета по вопросам семейного права Совета Федерации Анна Швабауэр, в России создается юридическая основа для введения социального рейтинга.
Елизавета
Неупокоева
© ComNews
16.04.2021

Член Совета при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Игорь Ашманов выделил основные минусы социального рейтинга: "Во-первых, это непрозрачность правил: кто эти правила пишет. Они не обсуждаются публично, их пишут программисты. Возникает условная цифровая власть непонятных людей, которые никому не известны, но которые сильно влияют на жизнь. Во-вторых, этот рейтинг принимает решения, и эти решения могут иметь большое количество звеньев. Например, тебя не возьмут на работу, и ты даже не поймешь почему. Также всегда есть риск компрометации. Все эти риски создают общий - риск цифровой дискриминации человека. Возникает структура, параллельная конституции. Вообще, в конституции у нас говорится, что права у всех одинаковые, и даже в порядке эксперимента нельзя делать одних граждан менее равными, чем других. Мы сейчас живем в эпоху "горячей десятки", и в ней действует принцип положительной обратной связи - богатые всегда становятся богаче, а бедные - беднее. Я боюсь, что люди, продвигающие идеи социального рейтинга, не имеют понятия об этом принципе".

Его дополняет Анна Швабауэр: "Социальный рейтинг - это диктатура определенной системы ценностей. Это нарушение седьмой статьи конституции, в которой сказано, что у нас должно быть обеспечено свободное развитие человека. Система соцрейтинга сама по себе очень криминогенна. Кто не захочет за умеренную плату "починить" свой рейтинг? Социальный рейтинг - явный провокатор социальной дестабилизации. Такая система, очевидно, вызовет протестные настроения в обществе, а между тем, по новым поправкам в конституцию, государство обязано создавать условия для взаимного доверия государства и общества".

Валерий Фадеев отмечает, что частные компании выступают за введение такого рейтинга.

С ним соглашается Анна Швабауэр: "Зачем нужен этот рейтинг? Некоторые люди, очень часто банкиры, считают, что, если все всё будут знать, будет сложно манипулировать людьми. По их мнению, нужно, чтобы элита все знала, а остальные люди были объектам их управления".

"У нас, к сожалению, уже создается юридическая основа для этого безобразия. У нас уже заложено в национальной программе "Цифровая экономика Российской Федерации", в направлении "Цифровое государственное управление", что должны быть созданы открытые профили компетенций граждан с траекториями их развития, а к 2024 г. должна быть создана система идентификации, включая биометрические и цифровые профили граждан. Там же говорится, что запланировано исключение человека из участия в процессе принятия решения при предоставлении госуслуг", - отмечает Анна Швабауэр.

В АНО "Цифровая экономика" отказались комментировать заявления спикеров.

"В каком-то смысле социальный рейтинг в нашей стране уже работает. Например, есть Бюро кредитных историй - это кредитный социальный рейтинг. Есть данные о здоровье или соблюдении ПДД, на который ориентируются страховые компании. Есть "Яндекс.Такси", где взаимно рейтингуются водитель и пассажир. Есть черные списки авиакомпаний. Полагаю, идея в том, чтобы объединить эти рейтинги в единый ID, который, в случае если инициатива будет государственной, очевидно, будет работать через госуслуги. С правовой точки зрения нужно прописать информационные шлюзы между соответствующими базами данных и добавить соответствующие положения в условия госуслуг. Будет ли это добровольно или принудительно - вот в чем вопрос. Второй вопрос - сохранность данных, независимость системы, защита от утечек и ответственность оператора системы в случае их возникновения - вот эти моменты, я полагаю, должны быть прописаны в федеральном законе отдельно. Надо отметить, что система социальных рейтингов - это не только Китай, подобные механизмы есть и в ЕС, и в США. Последние применили социальный рейтинг в специфической сфере - выявление и изоляция дебоширов в барах", - отмечает владелец IT-legal компании "Катков и партнеры" Павел Катков.

"Если говорить про социальный рейтинг, то подразумевается, что это некая шкала обратной связи, которая не носит комплексный характер и, как правило, включает элементы субъективной оценки. Суть этого рейтинга - обеспечить социальное регулирование согласно выбранным критериям. На протяжении всей жизни человек набирает условные баллы за заслуги и проступки, в результате чего система определяет его в соответствующую группу. Результаты могут быть самыми разными: согласно таким рейтингам, гражданин может претендовать занять высочайший государственный пост в стране, а с другой стороны, его могут лишить водительских прав или запретить выезжать из города. Подобные рейтинги уже есть в Китае, где людей разделяют на условные классы/группы, и все это сильно напоминает фантастический роман-антиутопию Замятина "Мы"; а в нынешней диджитал-эпохе такие рейтинги могут привести к цифровой диктатуре, где человек имеет ограниченные возможности для карьерного и профессионального роста", - отмечает директор по административно-кадровым вопросам и социальной политике ИТ-компании "Крок" Любовь Трунина.

"Обращаясь к международной практике внедрения социального рейтинга, в первую очередь стоит обратиться к опыту Китая, где порой ситуация выглядит как цифровой сегрегатор, в частности в ситуации, когда 23 млн граждан не смогли приобрести билеты на различные авиарейсы, хотя любой рейтинг - это в первую очередь референтная модель снижения рисков. Полагаю, что среди среднего и малого бизнеса мог бы быть проявлен интерес к социальному рейтингу в случае отсутствия собственных риск-моделей. В России сейчас существует инициатива создания цифрового профиля гражданина, возможно, социальный рейтинг будет комплементарен в данном случае. В бизнесе наличие рейтинга - это снижение риска ошибки, то есть очевидный экономический плюс. Думаю, что в контексте социального рейтинга можно говорить о потенциальных экономических выгодах", - подчеркивает директор по развитию бизнеса Softline в нацпроекте "Цифровая экономика" Сергей Сошников.

"В ряде сфер нашей жизни в той или форме присутствуют рейтинги. Например, банк может отказать в выдаче кредита, если у потенциального заемщика плохая кредитная история, а таксист может не принять заказ от клиента, которому его коллеги поставили невысокие оценки за поездки. Даже в подобных случаях порой возникают ситуации, когда люди чувствуют себя ущемленными. Но введение подобных правил в национальном масштабе может привести к огромным проблемам", - отмечает руководитель направления аналитики и спецпроектов ГК InfoWatch Андрей Арсентьев.

"Говоря о социальном рейтинге, можно выделить ряд рисков, которые он неизбежно повлечет. Прежде всего это серьезные риски ущемления людей в правах, нарушение принципов конституции. Также введение социального рейтинга чревато созданием механизмов манипулирования и управления людьми, появления "теневой власти" и неких форм "цифрового концлагеря". Нельзя исключать, что, при определенных условиях, в обществе начнут культивировать систему доносительства ради увеличения рейтинга. Наконец система цифрового рейтинга - это по определению гигантские объемы данных, которые где-то и кем-то будут обрабатываться и храниться. Никто не даст гарантии, что эти данные не утекут и к ним не сможет получить доступ злоумышленник с целью изменения социального рейтинга у тех или иных людей", - подчеркивает Андрей Арсентьев.

Напомним, что, например, компания Citylife, планировала создать индекс личности человека (ИЛЧ). На пу­ти соз­да­ния ИЛЧ Citylife на­мере­на была по­купать у лю­дей персональ­ные дан­ные. Citylife предполагала строить ИЛЧ на "трех китах": объеме электропотребления человека (по аналогии с государствами, ВВП которых растет, если увеличивается потребление электрической энергии), его действиях в банковской среде (транзакции, ипотека, потребительские и прочие кредиты, своевременность погашения и др.) и его коммуникациях с государством (налоги, штрафы, обращения в медучреждения и т.п.; см. новость ComNews от 24 октября 2019 г.).

Новости из связанных рубрик